Главная РКР "Вице-адмирал Дрозд" и пр. 1134 Регистрация

Вход

Приветствую Вас Матрос | RSSПонедельник, 29.05.2017, 10:39
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 3«123
Форум » Крейсера пр.1134 » Флотский ЮМОР » Из найденного в сети... (В данной теме выкладываем приколы найденные в сети.)
Из найденного в сети...
drozd-cruiserДата: Воскресенье, 21.12.2008, 12:57 | Сообщение # 41
Admin
Группа: Проверенные
Сообщений: 77
Статус: Offline
Эта история из жизни наших доблестных "морских волков", пахарей моря, героев-подводников, североморцев.
Фамилии, имена и место действия, по понятным причинам, изменены, но если кто-то из посетителей узнает себя, я буду только рад.
Итак, место действия - передовая база стратегических подводных лодок Северного флота, время - начало
80-х годов прошлого столетия.
Служил на нашем экипаже в электромеханической боевой части "пятнадцатилетний" капитан Саша Дядюк.
"Пятнадцатилетний" - не потому что молодой. а потому что пятнадцать лет капитаном проходил, и большая звездочка ему ну никак не светила.
И он так тяготился службой на подводном крейсере, что аж не мог больше его видеть. А уволится в запас в те времена (если кто помнит!) было ой как трудно, если только по большому блату. На всех его рапортах была одна и та же виза - "нет оснований". И вот заступил Саша дежурным по кораблю.
А старшим на борту остался заместитель командира по политической ча! сти - Константин Сергеевич Ленёв.
Перед тем как идти отдыхать, это около 2-х часов ночи, дежурный по кораблю должен осмотреть пирс, швартовые концы и записать результаты осмотра в вахтенный журнал.
Саша вышел на пирс, а там моряки жгли мусор и осталось пепелище. Дядюк взял да и перемазался сажей, привел в боевое положение ПДУ (портативное дыхательное устройство, которое все подводники должны носить при себе) спустился на подводную лодку и, минуя центральный пост, отправился к каюте замполита.
Что может делать замполит в третьем часу часу ночи? Естественно, видеть тридцать третий сон.
Саша начал барабанить в дверь и кричать нечеловеческим голосом "Пожар в девятом отсеке!!!" Зам выскочил из каюты - конечно ничего понять не может.
Дядюк ему говорит: "Товарищ капитан второго ранга!
В девятом отсеке пожар! Личный состав моим командам не подчиняется.
Идите в центральный пост, поднимайте народ, а я девятый - на ликвидацию пожара!" Костя в чем мать родил! а - в трусах и в майке, побежал в центральный.
Ну там картина впол не обыденная. В командирском кресле дрыхнет помощник дежурного - мичман.
За пультом сидит вахтенный матрос и пускает слюни на вахтенный журнал. Вдруг врывается растрепанный замполит и начинает орать:
"Всех под трибунал отдам! Аварийная тревога! Пожар!
Бегом! Звонить командиру соединения!" В общем, бред полный, вы ж понимаете... А наш герой уже умылся почистился, потихонечку пришел в центральный пост и из за спины бушующего Кости показывает мичману, что, мол, замполит-то того, крыша поехала совсем. Ну тут мичман смекнул, вызвал подкрепление, замполита "упаковали", и засунули обратно в каюту. Как полагается - выставили вахтенного со штык-ножом и с повязкой. Утром прибывает командир корабля.
Дядюк ему докладывает, что во время его отсутствия происшествий не случилось, только казус один произошел - замполит подвинулся рассудком.
Командир удивился, но посмотреть пошел. Подходят к каюте зама - а там моряк с ножом, дверь опечатана, всё по уставу. Командир постуч! ал, а из-за двери - "У-ууу!
М-ммм!" Это они ему кляп в рот воткнули, чтоб не ругался сильно. Доложил командир в дивизию.
Приехали медики, "политбойцы", командование.
Разобрались, конечно. Сашу Дядюка от дежурства отстранили. А замполит сразу побежал в полит отдел с докладом. А там у него корешок, толи по училищу, толи по академии, да и неважно это.
Вызывают Сашу на ковёр. "Как же Вы могли, опытный офицер, устроили цирк. А если в следующий раз пожар фактически возникнет...А если бы он вёз патроны...
Ля-ля-ля..." Ну и так далее в таком духе. А Дядюк такой весь невинный и говорит: "Кстати о цирке. Я, вообще-то, иллюзионист и могу создать любую иллюзию.
Ну например, что у вас в кабинете по пояс воды."
Те переглянулись: "Давай, валяй!!!".
"Только уж для полной иллюзии надо как-то приготовиться, -
говорит Сашок, - Ну сеть там повыше, мебель поднять...
А потом я выйду из кабинета, а когда зайду через
10 секунд обратно, у вас будет полная! иллюзия."
Те и подготовились, Дядюк выходит из кабинета, напротив - дверь приемной Начальника политотдела.
Он туда. Так мол и так, товарищ капитан 1 ранга, захожу в кабинет вашего заместителя, а там наш замполит, только похоже они оба подвинулись рассудком.
Сидят без ботинок на спинке дивана, мебель вся переворочена. НачПО - "Не может быть!?" Саша ему - "Может, может. Зайдите, сами посмотрите."
Тот пошел ну и застал обоих политбойцов в "режиме ожидания иллюзии". Такая вот история.
Правды ради надо отметить, что был у неё "happy end".
Уволили Сашу Дядюка с флота в течении 48 часов.

humor.niksite.ru.


Корабль – это особое существо: живое, ласковое, суровое и благодарное.
Он – дом твой и крепость, университет и оружие, отец и защита, приют сотен товарищей твоих...
Л. Соболев
С ув. korsar
 
drozd-cruiserДата: Воскресенье, 21.12.2008, 13:16 | Сообщение # 42
Admin
Группа: Проверенные
Сообщений: 77
Статус: Offline
Случай этот произошел где-то в начале 80-х в городе Владивостоке на одном из боевых кораблей Тихоокеанского флота. Стоял этот корабль на 33 причале, в самом центре города, 50 метров штаб флота и 100 метров центральная площадь по которой, по случаю праздника, тусовалось много народу. По кораблю дежурным стоял
молодой и неопытный лейтенантик.
В одно примерно время на корабле происходили несколько действий.
Офицеры готовились выезжать, по случаю праздника, в Дом офицеров флота на партийную конференцию, Дежурный по караулам приехал за матросами, заступающими в караул и продуктовая машина привезла на корабль бочку квашенной капусты, которую должен был получить дежурный по службе снабжения (на рукаве повязка СС, служба снабжения). И вот значит этот молодой лейтенант объявляет по громкой связи (километра на 2 наверное слышно) следующее объявление:

- “Дежурному эсэсовцу подняться на верхнюю палубу, караулу получить оружие, офицерам-коммунистам строится у стенки.”
ВСЁ !!! ПРИПЛЫЛИ!!! smile

Прислал Крутой Ю. из Владивостока HLUS2000@mail.ru

http://anekdot.net/istorii/2003/2003_06_09.shtml


Корабль – это особое существо: живое, ласковое, суровое и благодарное.
Он – дом твой и крепость, университет и оружие, отец и защита, приют сотен товарищей твоих...
Л. Соболев
С ув. korsar
 
drozd-cruiserДата: Понедельник, 22.12.2008, 12:04 | Сообщение # 43
Admin
Группа: Проверенные
Сообщений: 77
Статус: Offline
Как старший помощник начальника штаба дивизии атомоходов, капитан второго ранга Миша Зверев, ездил в отпуск.

Те, что долго толкаются на флоте, знают всех. Как собаки с одного района - подбежал, понюхал за ножкой - свой!
Если вам не надо объяснять, почему на флоте нет больных, а есть только живые и мертвые, значит, вы должны знать Мишу Зверева, старшего помощника начальника штаба дивизии атомоходов, капитана второго ранга.
Когда он получил своего "кап-два", он шлялся по пирсу пьяненький и орал в три часа ночи, весь в розовом закате, нижним слоям атмосферы:
- Звезда! Нашла! Своего! Героя!
У него была молодая жена. Придя с моря, он всегда ей звонил и оповещал:
"Гони всех, я начал движение", - и жена встречала его в полном ажуре, как у нас говорят, по стойке "смирно", закусив подол. И он никогда не находил свои в беспорядке брошенные рога. Всегда все было в полном порядке.
С ним все время происходили какие-нибудь маленькие истории: то колами побьют на Рижском взморье, потому что рядом увели мотоцикл, а рожа у Миши не внушает доверия, то еще что-нибудь.
Он обожал их рассказывать. При этом он улыбался, смотрел мечтательно вдаль и рассказывал не торопясь, с паузами для смеха, поджидая отстающих.
Обычно это происходило после обеда, когда все уже наковырялись в тарелках.
Рассказ начинался с этакого романтического взгляда поверх голов, кают-компания замирала, а Миша вздыхал и начинал с грустной улыбкой:

- Родился я в Нечерноземье... на одном полустанке... едри его мать...
Мда-а... Так вот, в отпуске я задумал однажды сходить в баню...
Для того, чтобы сократить количество "едри его мать" до необходимого минимума, расскажем всю историю сами.
Перед баней он оброс недельной щетиной до самых глаз, надел ватничек на голое тело, треух, синие репсовые штаны, наши флотские дырявые сандалии на босую ногу, взял под мышку березовый веник и двинулся не спеша.
А вокруг лето; птички чирикают; воздух, цветы, настроение, сво-бо-да!
Давно замечено, что чем дальше от флота, тем лучше твое настроение, и чем ближе к флоту, тем оно все пакостней и пакостней, а непосредственно на флоте - оно и вовсе никуда не годится.
Далеко от флота ты хорошо дышишь, шутишь, смеешься веселый, говоришь и делаешь всякие глупости, как все прочее гражданское население.
Для того, чтоб дойти до бани, нужно миновать полустанок. На нем как раз остановился какой-то воинский эшелон. У ближайшего вагона стоял часовой. Ну какой строевик, я вас спрашиваю, пройдет спокойно мимо солдата и ничего не скажет? Это ж так же тяжело, как псу пройти мимо столба.
Миша не мог пройти, он почувствовал сопричастность, остановился и подошел.
- Откуда едете?
Часовой покосился на него и хмуро буркнул;
- Откуда надо, оттуда и едем.
- А куда едете?
- Куда надо... туда и едем...
- А что везете-то?
- А что надо... то и везем...
- Ну ладно, сынок, служи, охраняй. Родина тебе доверила, так что давай бди! А я пошел.
- Куда ж ты пошел, дядя, - скинул часовой с плеча карабин и передернул затвор, - стой, стрелять буду...
Капитан, начальник эшелона, с трудом оторвал голову от стола. Вид у него был синюшный (их бин больной).
Перед ним стоял Миша Зверев, и сквозь дремучую щетину на капитана смотрели веселые глаза.
- Здрасте, хе-хе...
- Здрасте...
- Вот, взяли... хе-хе.. - некстати захекал Миша.
- Интересовался, - вылез вперед часовой, - куда едем, что везем.
- Молодец, Петров! - прокашлял капитан. - Документы есть?
- Как-кие документы, отец родной? - сказал Миша. - Я же в баню шел...
- Значит, так! Особый отдел мы с тобой не возим. Поэтому на станции сдадим.
- Товарищ капитан, я - капитан второго ранга Зверев, старший помощник начальника штаба, я документы могу принести, если надо!
- Не надо, - сказал капитан, застряв взглядом в Мишиной щетине. - Сидоров!
Появился Сидоров, который был на три головы больше того, что себе физически можно представить.
- Так, Сидоров, заверни товарища... м-м... старшего помощника начальника штаба... и в тот, дальний штабной вагон. Писать не выводить, пусть там делает. Ну, и так далее...
Сидоров завернул товарища (старшего помощника начальника штаба) под мышку и отнес его в тот дальний вагон, бросил ворохом на пол и - со словами:
"Ша, Маша" - закрыл дверь.
"В вагоне раньше ехали лошади", - успел подумать Миша. Дернуло. От толчка он резко пробежался на четвереньках, остановился, подобрал веник и рассмеялся.
- Надо же, - сказал он, - поехали... Вагон как вагон. Перестук колес располагал к осмыслению, и Миша расположился к осмыслению прямо на соломе.
Скоро остановились. Станция. Зверев вскочил и заволновался. Сейчас за ним придут. "Это что ж за станция? - все беспокоился и беспокоился он. - Не видно. Черт знает что! Чего же они?" За ним не шли.
- Эй! - высунулся он в окошко, перепоясанное колючей проволокой. -
Скажите там командиру эшелона! Я - Зверев! Я - старший помощник начальника штаба! - обращался он ко всем подряд, и все подряд пугались его неожиданной физиономии, а одна бабка так расчувствовалась, от внезапности, что сказала:
"О-о, хосподи!" - ослабела и села во что-то, чвакнув.
Миша хохотал над ней, как безумный, пока вагон не дернуло. О нем явно забыли. Станции мелькали, и на каждой он орал, подкарауливая у окошка прохожих: "Я - Зверев! Скажите! Я - Зверев!.."
Через трое суток в Ярославле о нем вспомнили ("У нас там был этот... как его... начальник штаба") и сдали в КГБ.
За трое суток он превратился в дикое, волосатое, взъерошенное существо, с выпученными глазами и острым кадыком. Пахло от него так, что вокруг носились взволнованные мухи.
- Ну? - спросили его в КГБ.
- Я - Зверев! - заявил он с видом среднего каторжанина. - Я - старший помощник начальника штаба! - добавил он не без гордости и подмигнул. Мигать не хотелось, просто так получилось. Рожа - самая галерная.
- Документы есть?
- Как-ки-е до-ку-мен-ты? - в который раз задохнулся Миша. - Я в баню шел! Вот! - и в доказательство он сунул им под нос веник, которым иногда подметал в вагоне.
- А чем вы еще можете доказать?
- Что?
- Ну то, что вы - Зверев.
Миша осмотрел себя и ничего не нашел. И тут он вспомнил. Вспомнил! Что в Ярославле у него есть дядя! Ы-ы! Родной! Двадцать лет не виделись!
- Дядя у меня есть! - вскричал он. - Ы-ы! Родной! Двадцать лет не виделись! Родной дядя! Едри-его-мать!
К дяде поехали уже к ночи.
- Вы такой-то?
- Я... такой-то...
- Одевайтесь!
И дядя вспомнил то героическое время, когда по ночам выясняли, кто ты такой.
Родного дядю привезли вместе с сандалиями. Когда он вошел в помещение, к нему из угла, растопырив цепкие руки, метнулось странное существо.
- Дядя! Родной! - верещало оно противно, дышало гнилым пищеводом и наждачило щеку.
- Какой я тебе дядя?!.. Преступник!.. - освобождался дядя, шлепая существо по рукам.
Дядю успокоили, и под настольной лампой он признал племянника и прослезился.
- Служба у нас такая, - извинились перед ним, - вы знаете, черт его знает, а вдруг...
- Да! Да!.. - повторял радостный дядя. - Черт его знает! - и пожимал руки КГБ, племяннику и самому себе. Радующегося непрерывно, его увезли домой.
- А вы, товарищ Зверев, если хотите, можете прямо сейчас идти на вокзал. Здесь недалеко. А мы позвоним.
На вокзал он попал в четыре утра. Серо, сыро, и окошко закрыто. Миша постучал, тетка открыла.
- Я - Зверев! - сунул он свою рожу. - Мне билет нужен. Вам звонили.
- Давайте деньги.
- Какие деньги? Я же без денег! Ты что, кукла, - он заскреб щетиной по прилавку, - совсем, что ли, людей не понимаешь?
"Кукла" закрыла форточку.
Нервы, расшатанные вагоном, КГБ и дядей, не выдержали.
- Я - Зверев! - замолотил он в окошко. - Я - от КГБ! Вам звонили! Я - от КГБ! От! Ка! Ге! Бе! - скандировал он.
Тетка взялась за телефон:
- Здесь хулиганят!
Миша молотил и молотил.
- Я - Зверев! Открой! Эй!
За его спиной уже минут пять стоял милиционер. Он дождался, когда Миша устал, и вежливо постучал его по плечу. Миша обернулся.
- Вы Зверев?
- Да-а... - Миша до того растерялся оттого, что его хоть кто-то сразу признал, что расплакался и дал себя связать. В машине он припадал к милицейскому плечу и, слюнявя его, твердил, что он - Зверев, что он - в баню, что он - в КГБ...
- Знаем, знаем, - говорили ему мудрые милиционеры.
- А я еще старший начальник помощника штаба! - останавливался среди соплей Миша и, отстранившись и вперившись, напряженно искал возражений.
- Видим, видим, - отвечали ему милиционеры. Мудрые милиционеры сдали его немудрым, а те заперли его до понедельника. Миша замолотил опять.
- Я - Зверев! Сообщите в КГБ! Я - Зверев!..
- А почему не в ООН? Пересу де Куэльяру, ему тоже будет интересно, -
говорили немудрые и пожимали плечами. - Ну, так нельзя! Не дают работать.
Накостылять ему, что ли? Чуточку... - и накостыляли...
В конце концов в понедельник все разобрались во всем! (Едри его мать!)КГБ с милицией проводили его на вокзал, вручили ему билет, посадили в поезд, и он начал обратный путь на свой полустанок...
Когда он слез с поезда, от него шарахнулись даже гуси. Миша пробирался домой огородами. Подойдя ближе, он услышал музыку. В его доме творилось веселье. Миша присел в кустах. Жизнь научила его осторожности.
Вскоре на крыльцо вывалился друг детства Вася. Вывалился, встал с кряком и отправился в кусты, гундося и расстегиваясь по дороге. У кустов он остановился, закачался, схватил себя посередине, и из него тут же забил длинненький фонтанчик.
Когда фонтанчик свое почти отметал, навстречу ему из кустов вдруг поднялось странное создание.
- Чего это здесь?.. А? Вася? - спросило создание голосом Мишки.
- Вот надо же было так упиться! - сказал Вася. - Привидится же такое...
- и, сунув недоделанный фонтанчик в штаны, повернул к дому.
- Стой! - одним махом настиг его Миша, и Вася засучил ножками, утаскиваемый.
Оказалось, что Мишу всем полустанком дней десять искали баграми на озере, а потом решили - хорош! - и справили поминки.


Корабль – это особое существо: живое, ласковое, суровое и благодарное.
Он – дом твой и крепость, университет и оружие, отец и защита, приют сотен товарищей твоих...
Л. Соболев
С ув. korsar
 
drozd-cruiserДата: Понедельник, 22.12.2008, 12:27 | Сообщение # 44
Admin
Группа: Проверенные
Сообщений: 77
Статус: Offline
ДЕСЯТЬ ТОРПЕД

"Моряки — народ суеверный. И это правда. На море иногда такие события происходят, что даже в наш просвещенный век, дать объяснения этим событиям нельзя.

Подводная лодка пр.675 «К-23» под командованием капитана 2 ранга Можейкина А.Е. была принята в состав ВМФ в 1967г. г 30 декабря, в год 50-ления Великой Октябрьской Социалистической революции. В начале марта 1968 г. экипаж подводной лодки, успешно сдав курсовые задачи 1 и 2, приступил к отработке и сдачи задачи № 3.

После допуска экипажа к выполнению практических торпедных стрельб, мы вышли в море с командиром 26 ДИПЛ контр-адмиралом Корбаном В.Я. на борту.

1-ая стрельба — полигонная, когда в прибрежном районе с небольшими глубинами, выполняется торпедная стрельба: проверяются практические навыки торпедной стрельбы.

Метеоусловия была хорошими. К сожалению, существовавшая «гонка» в подготовке экипажей порой приводила к нарушению требований действующих руководящих документов. Для выполнения такой стрельбы, требовалось дополнительное обеспечение (надводный корабль, подводная лодка, вертолет и торпедолов.)

Нас же обеспечивал только торпедолов. В результате потери гидроакустического контакта с торпедой, её не смогли обнаружить. В назначенной точке она не «продулась» и не всплыла.

Это была первая потерянная нами торпеда.

Через несколько дней, после пересдачи зачетов торпедным расчетом, экипаж лодки снова были допущены к практическим стрельбам.

В этот раз мы должны были стрелять двумя торпедами по прямоидущей цели. Упражнение выполнялось в районах с большими глубинами при видимости менее 10 кбт. После залпа мы всплыли.

С торпедолова доложили, что торпеду в точке всплытия не наблюдают. Возникли сомнения, что мы найдем эти торпеды, хотя первое время акустики прослушивали «стукачь» торпеды, но вскоре он замолк.

В штурманскую рубку вошел командир дивизии и приказал нанести на планшет схему маневрирования при поиске свободноплавающего объекта. Я взял действующий документ, который определял схему маневрирования, и начертил её на крупномасштабный планшет 30-А.

Когда Корбан В.Я. увидел схему, он пальцем показал, как надо маневрировать. На мои возражения, что это не соответствует действующим требованиям и что лодка не велосипед и крутиться так не может, он спросил, что мне не ясно. Тогда я попросил повторить движение пальца еще раз и медленнее, чтобы я смог это нанести на планшет. Так появилась новая схема поиска плавающего предмета.

Конечно мы торпед не нашли и вернулись в базу. Так мы потеряли 2-ую и 3-ью торпеды. Торпедный расчет снова убыл в бухту Конюшково для пересдачи зачетов и приемки новых торпед.

Комиссия, возглавляемая 1-ым Заместителем Командующего ТОФ контр-адмиралом Васильевым, установила, что командир 26 ДИПЛ не знает правил поиска свободноплавающего предмета, поэтому его указания по маневрированию были ошибочными и привели к потери торпед. Корбану В.Я. предложили в 10-ти дневный срок пересдать зачеты флотской комиссии на допуск к руководству торпедными стрельбами.

Прошло две недели. Загрузив новый комплект практических торпед, мы вышли в море. Все снова повторилось. Стрельба, плохая видимость, поиск, но уже по «действующей схеме». Результат -потеряны 4-ая и 5-ая торпеды. Обстановка с нашими стрельбами привела в шоковое состояние начальника Минно-торпедного управления ТОФ капитана 1 ранга Магницкого. Было решено, что на следующих стрельбах представители МТУ лично проследят за организацией всех действий.

Когда мы вышли на новые стрельбы, ко мне в рубку для контроля прибыл старший офицер МТУ флота капитан 1 ранга К. (фамилию не помню), который в вопросах кораблевождения разбирался на уровне курсанта 1 курса ВВМУ не штурманского факультета. Он все время задавал вопросы, чтобы показать, что он что-то знает.

Район стрельб был выбран на значительном удалении от берега. Предварительно, еще до выхода в море, я с Ф-1 дивизии капитаном 3 ранга Алефиренко Иваном Степановичем согласовал способ определения фактического течения на поверхности и на глубине стрельбы. Величину холодного Приморского течения решили не учитывать. (Расчет фактического течения, которое воздействовало на торпеду, показал направление 350 гр и скорость около 0.35 узла.)

Представитель МТУ предлагал мне учитывать течение из лоции — 215 гр и скорость 0.2 узла. В лоции, как потом показала практика, рекомендованное направление течения было с ошибкой на 135 гр.) Вопрос о течениях всегда волновал штурманов и мореплавателей. Только с появлением гидроакустического лага стало возможным их учитывать.

Снова стрельбы и снова потери 2-х торпед. При поиске представитель МТУ все время меня спрашивал, какое течение я учитываю. Я ему все объяснил, но видно до него просто не «дошли» мои разъяснения.

Вернувшись в базу, мы сразу попали под тщательную проверку флотской комиссии. Все члены комиссии, кроме, естественно, зам. Ф-1 флота, считали меня самым большим виновником не только этих потерь, но и всех предыдущих. Было подготовлено предложение начальника МТУ отстранить меня от должности за профессиональную непригодность. Во время разбора, когда я докладывал навигационно-гидрографическое обеспечение торпедной стрельбы контр-адмиралу Васильеву, принесли телеграмму следующего содержания:

«Сегодня утром аквалангисты обнаружили на дне одной из бухт острова Русский торпеду, которая является одной из двух последних потерянных при практической стрельбе пларк „К-23“. У торпеды не был взведен ПУР».

Услышав это, я спросил начальника МТУ: «Так кто у нас профан?». Совещание было закончено, а я полностью реабилитирован.

Между тем кризис назрел. Потеряно семь торпед. Об этом знали все. даже дети командира БЧ-3 Володи Тарасенко. Вечером, встречая его, они спрашивали: «Папа, ты почему так поздно? Снова торпеды потерял?»

Командующий Флотом адмирал Амелько Николай Николаевич решил поставить точку в этом деле. По его приказу представители МТУ Флота сами подготовили 2-е практические торпеды и вышли с нами на полигонную стрельбу. В этот раз (вспомните, какое было обеспечение, когда мы потеряли первую торпеду на полигонной стрельбе), все было строго по документам.

Нас обеспечивали: подводная лодка пр. 611РЭ «Б-68» с гидроакустическим комплексом, торпедолов находился в точке предполагаемого всплытия торпед, вертолет барражировал в воздухе по траектории движения торпед, СКР пр. 50 обеспечивал охрану района и гидроакустическое наблюдение.

В назначенное время подводная лодка заняла точку залпа в надводном положении. Специалисты МТУ, готовившие торпеды, заняли места торпедного расчета в первом отсеке. Когда все было готово к стрельбе, они доложили командиру пл на ГКП.

По команде «Пли» торпеды вышли. Через несколько минут первая торпеда, сделав «мешок», зарылась в песчаный грунт. У второй взорвался двигатель (паровая машина). Что тут было…

Итак. 9 потерянных торпед. Виновных много, а результаты плачевные.

Прошло два года. Я уже служил на другой лодке. Володя Тарасенко учился на минных классах. В связи с болезнью командира БЧ-1 РПКСН пр.667а «К-399» (первой на ТОФе — головной пл этого проекта, построенной на заводе имени Ленинского Комсомола в г. Комсомольске на Амуре), ко мне с просьбой обратился командир пл капитан 1 ранга Катышев А.П. — заменить штурмана на время стрельб.

Я, с разрешения своего командира капитан 1 ранга Агавелова С.В., дал согласие. На мостике, перед самым выходом в море, я предупредил Катышева, что это будет возможно 10 потерянная торпеда, но я не виноват. Андрей Павлович сказал, что он в приметы не верит.

В море в результате несогласия с действиями Катышева, мой командир запретил мне принимать участие в торпедных стрельбах, чтобы свои промахи они не списали на меня.

Во время выполнения стрельбы практическая торпеда ударилась в борт торпедолову, т. к. его по ошибке приняли за БПК, и затонула. Поиски при видимости 5 кбт (туман и морось) не увенчались успехом.

Так была потеряна 10-ая торпеда. Когда об этом узнал начПО дивизии, он сказал, что я как коммунист должен был доложить ему о сложившейся ситуации с потерей торпед, тогда они бы не разрешили мне выйти с ними в море.

Но в чем парадокс. На новой пл мы выполнили все практические стрельбы и не потеряли ни одной торпеды. Володя Тарасенко вскоре после окончания минных классов, стал флагманом эскадры. За время своей службы в этой должности на флотилии не было потеряно ни одной торпеды.

Я предполагаю, что, только тогда, когда мы вместе с ним стреляли, торпеды терялись и тонули. А может это рок?"

http://live4fun.ru/joke/260073


Корабль – это особое существо: живое, ласковое, суровое и благодарное.
Он – дом твой и крепость, университет и оружие, отец и защита, приют сотен товарищей твоих...
Л. Соболев
С ув. korsar
 
drozd-cruiserДата: Понедельник, 22.12.2008, 12:35 | Сообщение # 45
Admin
Группа: Проверенные
Сообщений: 77
Статус: Offline
Краснознаменный Филя

«И тогда никто не против, хоть всю жизнь служить в военном флоте», - пелось в столь любимой политсоставовом ВМФ песне. В принципе Филя тоже был совсем не против, но при условии, что ему будет позволено и дальше жрать в три горла, спать по 24 часа и справлять нужду в непредусмотренных для того устройством корабля местах. В том числе, что уже было явным нарушением субординации, в каюте капитана. Однако на все это привычно закрывали глаза, поскольку лучшего мышелова и даже крысолова не было на всей эскадре. В результате к Филе на тральщике «Тайфун» относились, как к талантливому, но порядком доставшему всех капризами популярному поп-певцу.
Филя же, между тем, чувствуя свою незаменимость, наглел. Прямо с раскаленной сковороды он утащил котлету, разогреваемую коком для старшего помощника. Он переловил всех золотых рыбок в аквариуме второго штурмана. А строгое, но вполне корректное замечание боцмана по поводу соблюдения дисциплины на борту военного корабля, Филя даже не дослушал, повернувшись к Ивану Семеновичу хвостом. Случившиеся свидетелями этой сцены матросы были шокированы до такой степени, что прекратили порученные им работы по уборке палубы.

Однако, надо признать, что на серьезный воинский проступок эти прегрешения не тянули. Да и доброжелателей на судне у кота тоже хватало. Так Филя и умудрялся годами балансировать на грани дисциплинарного взыскания, а то и списания с корабля.
Но, как говорят бывалые моряки, «сколь веревочке не виться, а есть у веревочки конец». Получив увольнение на берег в один из пронизанных весенними запахами мартовских дней, Филя загулял. К отходу корабля он не явился на борт. «Снять с довольствия», - такова была резолюция капитана на рапорт боцмана.
Все попытки кота проникнуть на родной тральщик после возвращения его в порт в самой решительной форме пресекались вахтенными. Филя орал, вопил, пробовал даже перебраться на корабль по швартовым канатам, но самым позорным образом сорвался и упал в воду, откуда с трудом был извлечен сердобольным старшим механиком.
Корабельных крыс такой поворот дел, естественно, обрадовал. Они открыто разгуливали по всему судну и даже позволяли себе корчить рожи вице-адмиралу, прибывшему на тральщик с инспекцией. Получивший из-за этого замечание командир корабля вызвал боцмана и приказал ему найти нового кота.
- Но вы понимаете, Иван Семенович, что кот должен соответствовать тем высоким требованиям, которые мы предъявляем ко всем, проходящим службу на боевом корабле военно-морского флота Советского Союза, - напутствовал капитан.
Единственное, что оставалось боцману, это сказать традиционное «Есть!» и отправиться на поиски. Приказы командира, как известно, не обсуждаются. Их надо просто выполнять, и по возможности как можно лучше. Поэтому на разграфленном листе Иван Семенович выписал в столбик требуемые от кандидата качества и навыки. Там значились: «стать», «вес», «национальность», «чистоплотность», «квалификация» (имелось в виду умение ловить грызунов), «характеристика с прежнего места работы», «дисциплинированность», «отношение к руководству» и «порочащие связи». Последний раздел Иван Семенович внес явно под влиянием любимого фильма «Семнадцать мгновений весны». Вооруженный кошачьей анкетой боцман отправился в обход по знакомым владельцам усатых-полосатых.
Поиски заняли несколько дней. За это время боцман навидался всякого. В его списках значились сиамцы, тайцы, персы, ангорцы, британцы, шартрезы, бирманцы и еще целая куча представителей самых экзотических пород. Но как истинный патриот Иван Семенович остановил свой выбор все-таки на огромном сибирском котище по имени Прохор. Тот был рабоче-крестьянского происхождения (родился в деревне, но на машинно-тракторной станции), отличался дисциплинированностью и характеризовался всеми соседями как удачливый крысолов. Хозяйка его, Анна Марковна, хотела летом съездить к родственникам, и была не против того, чтобы Прохор прошел срочную службу на славном тральщике «Тайфун». Тем более что Иван Семенович обещал заботиться о нем, как о родном сыне.
Провожали Прохора на флот, как издавна провожают у нас в России новобранцев. То есть толпой и с гармонью. Сидящий в корзине кот, зацелованный и заглаженный Анной Марковной, реагировал на ее причитания и слезы с мужественным достоинством. Создавалось впечатление, что он понимал, какие надежды возлагает на него и весь экипаж «Тайфуна», и лично боцман Иван Семенович.
- Когда тебя, Прошенька, назад ждать? – заголосила хозяйка.
- Через неделю из похода вернемся, - ответил за Прохора боцман.
Минута была очень торжественной. Здорово не хватало оркестра, который сыграл бы «Прощайте скалистые горы» или что-то вроде того. Хорошо бы смотрелись и представители общественности с каким-нибудь напутственным транспарантом. Но поскольку всего этого не было, боцман свел церемонию к тому, что пожал руку хозяйке и затем поднялся с котом на борт.
Когда спустя неделю «Тайфун» подошел к причалу, Анна Марковна была уже там. Она помахала боцману, который с палубной командой готовил сходни, но тот в ответ посмотрел на неё хмуро и даже осуждающе.
- Забирайте своего кота, - боцман сунул ей взъерошенного, потерявшего всякий товарный вид Прохора. – Не судьба ему на флоте служить. Укачивается он, как последняя сухопутная штафирка.
Правильно оценив ситуацию, Филя, который тоже пришел встретить родной тральщик, мигом взлетел по трапу. Матросы встретили его троекратным «Ура». Конечно, Филя был идеологически не выдержанным, но зато морским котом. А это на флоте главное.

Рассказчик
http://voffka.com/archives/2007/03/28/034458.html


Корабль – это особое существо: живое, ласковое, суровое и благодарное.
Он – дом твой и крепость, университет и оружие, отец и защита, приют сотен товарищей твоих...
Л. Соболев
С ув. korsar
 
drozd-cruiserДата: Понедельник, 22.12.2008, 12:57 | Сообщение # 46
Admin
Группа: Проверенные
Сообщений: 77
Статус: Offline
Записки добpого стоматолога

Случай из моей пpактики. Пpоходил я на четвеpтом куpсе военные сбоpы на коpабле 2 pанга с экипажем 300 человек. А так как коpабль был новеньким и еще пах маслом и кpаской, то с него еще не успели свинтить импоpтную стоматологическую установку, и pешили пока отдать ее мне в пользование, дабы я не зpя ел свой мичманский паек. Пpибыл я на него в четвеpг, а в пятницу, пpоводя знакомство с личным составом за колодой каpт и банкой "шила" (спиpт по моpскому) увидел, что у матpоса, пpибежавшего по какому-то поpучению к мичману-фельдшеpу щека закpывает якоpь на погоне. А надобно сказать, что был на коpабле замечательный фельдшеp, котоpый к медицине имел гоpаздо меньшее отношение, чем я к атомным подводным лодкам. Уезжая со сбоpов, я оставил ему двойной тетpадный листок, на котоpом было написано коpявым почеpком какую таблетку из какого ящика давать человекам, если у них болит там-то и то-то. Этот листок бумаги мичман аккуpатно запаял в целлофановый пакет (моpе и шило pядом все-таки) и хpанил в нагpудном каpмане. В последствии здоpовье многих людей зависело от того, упомянул ли я такие симптомы в этом листке, т.к. если мичман бывал совсем пьян, то все знали, где спpятаны его фельдшеpские знания. Hа вопpос, чем он занимался два года в училище, он отвечал пpосто: Пил!

А на вопpос, почему он книжек не пpитащит в медицинский отсек, он отвечал: Да не понимаю я там ни фига!!!
Так вот пpо матpоса я узнал, что зуб у него болит уже неделю, а мичман посоветовал полоскать шилом и даже щедpо выдал 50 гpамм, чего pебятам из кубpика не хватило даже лизнуть, а больному матpосу и понюхать. Увидев, что дело пахнет флегмоной, абсцессом и венком на повеpхности Балтийского моpя, я пеpеполошился и pешил сpочно зуб удалять, т.к. дело было в пятницу в полночь, а до понедельника его даже в госпиталь не отпpавить было. Отпpавив санитаpа стеpилизовать инстpументы, я в какие-то соpок-пятьдесят минут закончил паpтию в "дуpака" и pешил пpиступить к опеpации. Фельдшеp сpазу заявил, что вида кpови не пеpеносит, а т.к. мне нужен был кто-то подать, взять инстpумент, то послал со мной боцмана. Боцман заявил, что дома он pезал не только куp и быков (стpанно усмехнувшись) и кpови потому не боится.

Откpыв огpомный стеpилизатоp, я сначала молчал минуту, а потом стал говоpить такие слова, что боцман покpаснел и посмотpел на меня очень уважительно. Санитаp засунул в стеpилизатоp не только все, что могло на его взгляд иметь отношение к удалению зубов, а еще и два одноpазовых пластмассовых шпpица пpямо в упаковке. Можете пpедставить, как все это выглядело после обpаботки огpомной темпеpатуpой в течение 45 минут?!! Тем более, что все инстpументы никогда еще не использовались и были еще в масле, котоpое санитаp наскоpо обтеp, скоpее всего, об тельняшку!

Большая часть инстpументов (и стеpилизатоp вместе с ними) была погублена надолго (санитаp их потом дpаил каждый день, пока я не уехал). В наличии остались только одноpазовые шпpицы в большом количестве и паpа щипцов для удаления зубов мудpости, котоpые лежали отдельно и не попали в поле зpения нашего великого медика.

Hаскоpо пpостеpилизовав щипцы все тем же шилом (на флоте это единственная полезная вещь, после замполита, конечно), я пpиступил к опеpации! Hовокаина было много, поэтому я вкатил кубиков десять, куда только смог. И тут обнаpужил, что сделать pазpез мне нечем, т.к. единственные два скальпеля погибли. Тогда я pешил пpосто пpомыть флегмону. После десятка вколов, гной потек, наконец, довольно обильно. Боцман, котоpый деpжал тазик с инстpументами, стал бледнеть и отвоpачиваться. Пpомыв гной чистым новокаином (больше было нечем), я получил такую стойкую анестезию, что матpосу можно было незаметно отпилить голову, а он бы и не деpнулся. Тогда я pешил пpиступать собственно, к самому удалению. Удалять пятый зуб щипцами для восьмого очень и очень неудобно. Вpачи меня поймут. Пеpвое, что я сделал, это сломал зуб. От этого хpуста боцмана пеpедеpнуло, а матpос жалобно спpосил: "Все?" Hе поняв, что он имел ввиду, я бодpо пообещал, что жить он еще будет и задумался. Удалять коpни пятеpки щипцами для восьмеpки невозможно в пpинципе, т.к. у них щечки пpосто не сходятся и все! Hужен был элеватоp или щипцы для коpней. А нету!

Минут чеpез пять меня осенило! Кто был в аpмии или в тюpьме (заметьте, я не обобщаю), знает, что всегда есть какой-нибудь умелец, котоpый выpезает модели кpейсеpа в натуpальную величину из обыкновенной двеpной pучки или поpтpет пpезидента из головки пули. В общем, по тpевоге боцман поднял половину состава умельцев, и мне были пpинесены все инстpументы, котоpые были на коpабле. И, о чудо, сpеди них была какая-то стамеска или долото или штихель (до сих поp не знаю, как это называется), совеpшенно похожая на элеватоp. Схватив его, я утопил его в шиле вместе с pукояткой, и несколько минут наблюдал стpадающую pожу боцмана и ненавидящие взгляды, бpосаемые на матpоса, по вине котоpого я испоpтил уже гpамм 500 дpагоценной влаги.

Hо на этом пpиключения не кончились. Элеватоpом снимается часть кости над коpнем зуба, а потом выбивается и сам коpень. Одной pукой доктоp деpжит челюсть больного, а дpугой - сам элеватоp. Бить же киянкой по элеватоpу должен кто-то дpугой. Пpичем это довольно сложно сделать с пеpвого pаза, т.к. если бить слишком сильно, то можно улететь остpым инстpументом куда угодно, а если бить слишком слабо, то ничего не выйдет. Я думаю, Вы догадались, кто именно должен был бить молотком.

Боцман сделал pовно тpи удаpа!..
Пеpвый удаp был очень слабым и мимо. И слава богу, что слабым, потому что целил он почему-то в глаз. Поняв, что глаз надо пpикpыть, я pастопыpил пальцы... Зpя навеpное... Больно было ужасно! Выматеpив боцмана, я таки заставил его не отвоpачиваться в момент удаpа. Тpетий удаp был сильным, точным и последним. Для боцмана последним. Обpадованный тем, что один коpень почти вывалился, я услышал за своей спиной стpашный гpохот. Боцман лежал в обнимку со стеpильным столиком на палубе и не подавал пpизнаков жизни. Пpи этом единственными стеpильными пpедметами в помещении были мой псевдоэлеватоp, два тампона у меня в pуке и банка шила в шкафчике. Единственное, что я сделал автоматически, это остоpожно дал инстpумент в pуки матpосу, котоpому было уже все pавно, наколол на кончик два стеpильных тампона и пpиказал ему не двигаться. Потом я сделал то, что люди делают обычно в такой ситуации. Я запаниковал! Я стал носиться по отсеку в поисках нашатыpя и нашел его! Лучше бы я его не находил... Hашатыpь был в пятилитpовой банке. Содpав кое-как кpышку, я сделал пеpвое, чему нас учили в институте. "Hикогда не веpьте надписям, пpовеpяйте все, что даете больному, лично". Я пpовеpил . Hо я забыл, что запахи нужно пpовеpять на pасстоянии, создавая pукой ток воздуха в стоpону носа. Я пpосто сунул нос в банку и понюхал. Пятница, 2 часа ночи, мы на pейде, помочь некому, инстpументов нет, один тpуп на палубе и полутpуп в кpесле. И доктоp, котоpый нюхнул пятилитpовую банку нашатыpя. Пpедставляете каpтину? Hесколько минут я не мог ни
вдохнуть, ни выдохнуть, ни пошевелиться. Слезы гpадом катились по моему лицу, а я не мог даже подойти к иллюминатоpу, котоpый к тому же и был наглухо задpаен. И в этот момент пpивлеченные гpохотом, а затем стpанным затишьем, в отсек воpвались матpосы, ожидавшие тела за пеpебоpкой. Что они подумали, когда увидели боцмана на палубе, матpоса с инстpументом с насаженными на кончик тампонами в pуках, как со свечкой и доктоpа, стоящего на каpачках со слезами на глазах, я не знаю, но единственной мыслью было отогнать их от последнего стеpильного тампона. Я на них зашипел и погpозил кулаком, так как сказать пока ничего не мог. Их кpики затихли где-то очень далеко. Тут я почему-то успокоился, понял, что теpять мне больше нечего. После чего я встал, подошел к матpосу и быстpо без постоpонней помощи удалил остатки зуба. Последний тампон я вставил в pану и захлопнул ему pот. Боцман за это вpемя очнулся сам, и почти на четвеpеньках уполз к себе. Пеpвое, что я услышал утpом, когда пpоснулся (где-то в 14.00), было шуpшание швабpы. Мой больной матpос, счастливо улыбаясь, дpаил палубу в моей каюте. От опухоли остался только большой фингал под глазом. Ручаюсь, что если бы такое случилось на гpажданке, то человек пpовалялся бы в больнице не меньше месяца. В аpмии же все сходит с pук. Может есть какой ангел хpанитель??!

http://www.miotah.info/2007/09/03/zapiski-dobpogo-stomatologa.html


Корабль – это особое существо: живое, ласковое, суровое и благодарное.
Он – дом твой и крепость, университет и оружие, отец и защита, приют сотен товарищей твоих...
Л. Соболев
С ув. korsar
 
Форум » Крейсера пр.1134 » Флотский ЮМОР » Из найденного в сети... (В данной теме выкладываем приколы найденные в сети.)
Страница 3 из 3«123
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017